Помещенные здесь материалы могут заинтересовать всех, кто знаком с существующей в России системой подготовки, защиты и утверждения кандидатских и докторских диссертаций. Сначала напомню эпизод из тех времен, когда наш нынешний президент был вице-премьером и в этом качестве разговаривал на важные темы.

Вот сообщение «Независимой газеты» от 14 ноября 2007 г.:

31 октября [2007 г.] на совещании с членами Высшей аттестационной комиссии (ВАК) первый вице-премьер правительства РФ Дмитрий Медведев обсуждал проблему слабости барьеров на пути защиты и утверждения некачественных кандидатских и докторских диссертаций в России.

Д. Медведев отметил рост количества диссертаций, выполненных на крайне низком уровне. По его словам, начиная с 1997 года ежегодно в аттестационную комиссию поступает более четырех тысяч диссертаций. «Это значимая цифра. Вместе с тем участились случаи защиты диссертаций, выполненных на крайне низком уровне», – сказал первый вице-премьер. И добавил, что «выход из ситуации может быть один – личный пример, твердая позиция всей корпорации ученых».

Сославшись на оценки экспертов, Д. Медведев отметил, что такая ситуация в меньшей степени касается работ по естественным, техническим и медицинским отраслям и в большей степени – по гуманитарным специальностям. В рамках выполнения поручения президента нашей науке предстоит усовершенствование системы аттестации кадров высшей научной квалификации и повышение требований, предъявляемых при защите диссертации. (http://www.ng.ru/science/2007-11-14/17_obraz.html)

Речь пойдет именно о том, как «усовершенствуется система» и «повышаются требования». Примером служит история конкретной докторской диссертации.

В мае 2009 г. диссертационный совет Д 212.136.01 при МГГУ им. М.А. Шолохова обратился ко мне с просьбой выступить официальным оппонентом на защите диссертации доцента одного из московских вузов Веры Дмитриевны Серафимовой «Традиции А. Платонова в философско-эстетических исканиях русской прозы 2-й половины XX – начала XXI в.» (специальность 10.01.01 – Русская литература), представленной на соискание ученой степени доктора филологических наук (автореферат см.: http://vak.ed.gov.ru/common/img/uploaded/files/vak/announcements/filolog/2009/24-08/SerafimovaVD.doc).

Прочитав работу, я сделал вывод, что она абсолютно несостоятельна в научном отношении, и написал соответствующий отзыв. Негативным оказалось также мнение еще одного оппонента, проф. К.А. Баршта.

Заседание диссертационного совета в МГГУ им. М.А. Шолохова намечалось на 11 ноября 2009 г., но за несколько дней до этой даты В.Д. Серафимова сняла диссертацию с рассмотрения, фактически отказавшись ее защищать.

Впрочем, от идеи обретения докторской степени соискательница не отказалась. 18 декабря 2009 г. она подала заявление о приеме на защиту в докторский совет по русской литературе Д 212.183.02 при Орловском государственном университете (ОГУ) – при том, что сама живет и работает в Москве. При этом В.Д. Серафимова утверждала, что существенно «переработала» диссертацию (заметим, что с момента несостоявшейся защиты прошло чуть больше месяца).

В феврале 2010 г. ко мне и К.А. Баршту обратилась председатель данного совета профессор Г.Б. Курляндская с просьбой дать экспертные заключения о том, насколько изменена диссертация В.Д. Серафимовой по сравнению с прежним вариантом. Разумеется, при чтении выяснилось, что «обновленная» работа представляет собой практически прежний текст, из которого убраны лишь наиболее безграмотные речевые обороты.

Соответствующее заключение я направил в совет при ОГУ; свое заключение прислал и К.А. Баршт.

Постепенно стало понятно, что процесс движения работы к защите в ОГУ сопровождается рядом грубых (и неслучайных) процедурных нарушений. Причем, как выяснилось в дальнейшем, эти нарушения не вызывают никакой реакции в Высшей аттестационной комиссии (ВАК) – том самом государственном органе, который ведает научными кадрами и руководители которого, как мы помним, в 2007 г. обещали Д.А. Медведеву неустанно «совершенствовать» систему и «повышать» качество диссертаций.

8 апреля 2010 г. состоялось заседание докторского совета Д 212.183.02 при ОГУ. Его председатель Г.Б. Курляндская категорически высказалась против того, чтобы принимать диссертации В.Д. Серафимовой к защите.

Однако проректор ОГУ Е.Н. Пузанкова потребовала, чтобы совет собрался вторично и все-таки принял диссертацию к защите. Г.Б. Курляндская обращается к ректору ОГУ с заявлением о том, что для вторичного рассмотрения работы нет оснований, поскольку отмеченные недостатки не устранены.

Тем не менее, 15 апреля 2010 г. часть членов совета, собравшись без кворума и без ведома председателя совета Г.Б. Курляндской, невзирая на явные нарушения Положения о порядке присвоения ученых степеней, «приняли» диссертацию В.Д. Серафимовой к защите; все документы от имени диссертационного совета подписала заместитель председателя М.В. Антонова.

Защита была назначена на 23 сентября 2010 г. В качестве официальных оппонентов намечены профессора Т.Т. Давыдова, А. А. Дырдин и А.П. Казаркин. В качестве ведущей организации избран Белгородский государственный университет – заметим, что данная организация не имеет никакого отношения к изучению творчества А. Платонова, зато заведующий кафедрой литературы XX в. БГУ проф. А.В. Шаравин является членом того самого докторского совета при ОГУ.

Информация о прошедшем 15 апреля «подпольном» заседании стала известна Г.Б. Курляндской лишь через месяц, причем случайно. Она обратилась к ректору ОГУ по поводу самоуправства ряда членов совета и вопиющего нарушения процедуры.

Спустя некоторое время Г.Б. Курляндская направила ректору ОГУ еще одно заявление, а позже обратилась с письмом к председателю ВАК.

31 мая 2010 г. информация о защите В.Д. Серафимовой и автореферат ее диссертации появились в Бюллетене ВАК и на интернет-портале ВАК (http://vak.ed.gov.ru/common/img/uploaded/files/vak/2010/announcements/filolog/31-05/SerafimovaVD.doc)

1 июня я направил председателю ВАК заявление.

Кроме того, через несколько дней обратился с открытым письмом к ученым-филологам, занимающимся исследованием творчества А. Платонова, чтобы информировать их о ситуации, складывающейся вокруг защиты диссертации В.Д. Серафимовой.

Тем временем один из оппонентов – проф. А.А. Дырдин – сообщил В.Д. Серафимовой, что его отзыв о диссертации будет отрицательным. Тогда 14 июня 2010 г. соискательница подает в диссертационный совет заявление о том, что А.А. Дырдин якобы уполномочил ее передать совету «просьбу» о сложении с него обязанностей официального оппонента.

22 июня состоялось «заседание» восьми (из 19-ти) членов совета, которые приняли «решение» удовлетворить «просьбу» А.А. Дырдина и заменить его другим оппонентом. Разумеется, совет не сделал никаких попыток связаться с самим А.А. Дырдиным и получить от него соответствующее заявление.

«Замена» оппонента произошла и в автореферате В.Д. Серафимовой на интернет-портале ВАК. Однако «старый» вариант автореферата с прежним составом оппонентов сохранился на сайте Dibase.ru (http://dibase.ru/article/24082009_serafimovavd).

Ни диссертационный совет, ни сама соискательница не сообщили А.А. Дырдину о том, что он «отставлен» из оппонентов. Продолжая считать себя официальным оппонентом, А.А. Дырдин в конце августа 2010 г. присылал в диссертационный совет свой отзыв. А, узнав о том, что совет еще в июне отправил его в «отставку», А.А. Дырдин 17 сентября дополнительно прислал в совет телеграмму, в которой заявил, что ни в какой форме не отказывался от оппонирования.

В течение июня–сентября 2010 г. из ВАК не поступило никаких ответов ни на письмо Г.Б. Курляндской, ни на мои заявления. В августе-сентябре я еще дважды обращался в ВАК, а также к министру образования и науки и к председателю правительства Российской Федерации.

Ввиду многозначительного бездействия вышестоящих органов защита диссертации В.Д. Серафимовой в ОГУ 23 сентября 2010 г. состоялась. За несколько дней до заседания диссертационного совета его председатель Г.Б. Курляндская направила членам совета открытое письмо.

 По приглашению Г.Б. Курляндской К.А. Баршт и я присутствовали на защите, где не только выступали, но также вели видеозапись. Выложить ее целиком не представляется возможным из-за большого объема; привожу лишь несколько фрагментов (увы, «картинка» не всегда удачная – участвовать в заседании и одновременно следить за видеокамерой было затруднительно).

Из выступления председателя совета Г. Б. Курляндской:

Из выступления члена совета М. В. Антоновой:

Из выступления В. Д. Серафимовой:

Из выступления В. Д. Серафимовой - ответ на вопрос А. П. Казаркина:

Из выступления официального оппонента Т. Т. Давыдовой:

Из выступления официального оппонента А. П. Казаркина:

Из выступления официального оппонента М. М. Полехиной:

Из выступления К. А. Баршта:

Из выступления Е. А. Яблокова:

Из выступления члена совета Е. А. Михеичевой:

Из выступления члена совета А. В. Шаравина:

Из выступления Г. Б. Курляндской: