И вот однажды, за пару дней до отъзда в Россию, товарища Чена будто подменили. Он был без галстука и без этих своих злоебучих значков. За ужином пил водку, вино и пиво. Потом снял рубашку.

Передо мной уже совсем родной русский мужик в белой майке-алкоголичке, с пунцовой доброй рожей, произносит хорошие и правильные экзистенциальные тосты. Только вместо огурца — кимчи.

— Да, мы небогато живём. Да, у нас есть проблемы с продуктами. Но попробуйте пожить в тотальной экономической изоляции и вы быстро нас поймёте. Да, у нас много врагов и мало друзей, но мы привыкли опираться на собственные возможности. Чем больше проблем, тем мы крепче. Рома, протяните вперёд руку. Протяните-протяните. А теперь сожмите ладонь в кулак. Сжимайте-сжимайте. Чувствуете силу? А теперь расслабьте кулак. Расслабьте-расслабьте. Вот таким кулаком можно только слёзы вытереть с щёк. Давайте выпьем за силу.

И мы випили за силу. Потом за любовь. Потом за Путина. Потом за мир. Потом за объединение Кореи. Потом один напившийся активист из нашей группы русских чучхеистов по какой-то счастливой случайности не сломал товарищу Чену нос, челюсть и рёбра («ненавижу сраных чекистов, я сейчас превращу эту жирную блядь в инвалида»). Потом мы играли в настольный тенис. Потом улетели в Россию.

Вчера заходил в гости к бабушке. Бабушка угощала своими фирменными оладьями. И повторила речь товарища Чена слово в слово. Тоже самое жена услышала от соседей по лестнечной клетке. Строители, которые ремонтируют крышу на даче у родителей, удивительным образом оказались знакомы с товарищем Ченом, иначе как ещё они могли процитировать его застольное выступление?

Над рекой Тэдонган стоит утренний туман. Красивые люди спешат на работу. Протяните руку вперёд.

王儉城.