Этот кофе для «Стратегии-31»

Редакция блога Epic Hero в полном составе посетила митинг на Триумфальной площади и спешит рассказать вам, как оно все было. Прежде всего, как видно по фото выше, многие хипстеры вняли совету, который мы дали вчера утром, и пришли на площадь с кофе из «Старбакса».

Поймите, все лгут, когда говорят, что хипстеры любят Катю Гордон. То есть мы честно потусовались на санкционированном митинге, послушали Алексееву, Немцова, Удальцова и Яшина, потролили немецкое телевидение. Но когда Катя начала петь «Математику», мы поняли: отступать некуда, и пошли на прорыв живого оцепления между нами и несанкционированным митингом.

А если серьезно, мы вдоволь начитались в твиттере, как винтят там ребят, пока мы скучаем у сцены. Мы поняли, мы должны идти им на подмогу. Боевой авангард из двухсот хипстеров вынес редакцию Epic Hero в полном составе в первую шеренгу силового противостояния с оцеплением. У меня, например, (IKS — прим. автора) в давке слетел задник левого кеда. Так мы и боролись — двести субтильных парней и девушек в кедах и пальто с криками «Сво-бо-ду» против такого же числа тощих солдатиков. Наконец, мы пробили брешь и хлынули с криком «Ура-а-а!» на ступеньки Концертного зала. Там мы орали свои буржуазные и общедемократические требования, а я, например, поправлял задник левого кеда.

Едва я встал, как слева, подобно ниндзя, выскочила вдруг искаженная ненавистью гримаса космонавта, начавшего херачить всех и вся. Редакция нашего блога вынуждена была временно расколоться. Но позже мы, конечно, нашлись и пошли ужинать и на «Социальную сеть» Финчера. А чуваки пошли маршем по Садовому кольцу.

Напоследок хочется сказать пару слов оппозиции. Дорогая оппозиция, нельзя ставить настолько дрянные песни в духе белогвардейская застольная «А сын из армии придет», нельзя опираться на кривых дедов, причитающих о «понаехавших черных», и визгливых теток. Это не эстетично и отвратительно. Даешь изящные лозунги, стильную одежду, веселые лица и инди-рок. Гражданский протест должен быть красивым.

А завтра нам расскажут, что на площади было 300 человек, и из них двести журналисты.