6
| Основы тоталитаризма | ||||
 |
17.08 11:03 |  |
1472 | |
| Сергей Мохнаткин | ||||
| В здании МосГорсда тотальная слежка за гражданами - как обвиняемыми, так и посетителями и защитой - ведется уже в открытую. Внаглую настолько, что не объявляется даже в зале суда. И если в коридорах средств слежения еще не так много, по крайней мере они не заметны, только приставы пристают, то в зале их никто и не прячет. Только в пом. 638, в ряду правозащитников отечества (Кони, Плевако), словно издеваясь над ними, с которыми они рядом никогда б не сели, их висит несколько штук, четко нацеленные на защиту и обвиняемых, давно укатанных в стаканы, вся задача которых полностью изолировать их от процесса, но хорошо подать на камеры. Зато обвинители, единственные публичные фигуры (за исключением, конечно, суда, самой публичной фигуры в мире), и съемки которых разрешены жизнью (и законами), расположены под ними и спиной, реально, кстати, занимая место подсудимых, спроектированное для них с самого начала (даже барьер не был забыт). Потом, почему-то, его отдали присяжным, хотя они должны сидеть в зале суда, даже для ОПГ, какие бы там не обсуждались, а не скамье обвиняемых. У барьера для обвиняемых прокурор и находится. Так что нечего удивляться, что много лет места для подсудимых пустуют. Присяжные отсутствуют (либо за прокурорами), а подсудимых садят у противоположной стены, в клетки, которые законодательством запрещены. Но нашим судьям закон не писан. Если в ельцинские времена законы еще выполнялись и подсудимых садили совершенно свободными, в чем бы они не обвинялись (не хуже прокуроров), защита находилась у них рядом, и никто не мешал им участвовать в процессе, а в некоторых случаях и вести его, то ныне, в клетках для зверей, в герметичных, в которых снять на видео можно отлично, а вот участвовать в процессе - ни в коем случае, нельзя! Участие обвиняемых запрещено. Брейвик, кстати, никогда не был ни в подобных клетках, в том числе в суде, сидел на почетном месте свободно и без наручников. И это не смешно. МосГорсуд подтерся европейской конвенцией, правами человека и продолжает далее. А для страховки, чтоб не портили всю картину ("кино", которое будет недоступным), Мосгорсуд еще и запретил проход в здание с любой видеотехникой, и уж тем паче снимать в процессе, если кому-то и разрешили. Чтоб конкурентов не было, за исключением ФСБ. Но оно уже на них и не ходит, либо редко. Зачем? Видеотрансляцию получает в режиме он-лайн. Егорова, пред МГС, еще и инструкцию выпустила - Запретить! - и пройти не могут даже журналисты, не только простые граждане. Как вы думаете, что спрашивают приставы у входа в суды (особенно в МГС, в некоторые другие пока не настолько, за исключением, конечно, Замоскворецкого, родного для председателя Никишиной), причем даже после прохода рамок. даже если они не визжат? Оружие, взрывчатку, наркотики? Нет, фото и видео аппаратуру. Фото, видеокорреспонденты - хозяева в нормальной жизни, стоят у входа, и ждут. Когда придет право, т.е. начальник. Досмотрит, все зарегистрирует и проведет (если разрешит), под личным контролем, и если после суда их еще никто не спрашивает, и не досматривают сделанное, то это по временному недосмотру, и только потому, что перед входом в зал новый барьер (приставы): снимать можно только во время наполнения зала, под их же контролем, тем, кому было дозволено, а с входом судьи - на выход, с вещами, и попробуйте рыпнуться, Даже в коридорах снять Вам не дадут, тоже нельзя. Нет, для НТВ, конечно, сделано исключение, и даже приставы к ним не пристают и охальничают они в наглую, снимают кого угодно и как угодно, воруют информацию не просто открыто, как полицаи в русской деревне, но еще и хамят в открытую, им все можно. Так же нагло у входа в здания МГС (впрочем, в Замоскворецкий суд также. но чуть подальше) висит доказательство наглости и вседозволенности нашего суда (судьи Егоровой в МГС, и у Никишиной - в Замоскворецком, подруги все-таки), и также в открытую. Законы им не указ (тем более для Никишиной, раз начальница сказала). Один росчерк пера, и судьи опровергают всю конституции (включая европейские), права и свободы человека, Конвенцию объединенной Европы, и все и вся вместе взятое. Опрокидывает даже инструкции ФСИН, согласно которым снимать заключенных нельзя без их разрешения (за исключением ФСИН, ФСБ, МВД и всех остальных, за исключением не включенных в них журналистов не собственных СМИ, если они в зону попали. Для ФСБ - съемки на всех фронтах, не исключая места не столь отдаленные (для отправления естественных надобностей). А для вторых - даже трупы сфотографироваться не смогут (хотя об этой невозможности не знают уже ни те, ни другие). И копию той инструкции - тоже табу, только для служебного пользования. (телефон у Егоровой, видно, заклинило, хотя я по нему не звонил). Так что неизвестно, кто посвободнее – зк, без письменного разрешения которых снимать их запрещено (не спрашиваю только с трупов, разрешение уже они дать не могут, да и не прости никто), обвиняемые (в ожидании приговора), у которых никто ничего не спрашивал, или журналист с посетителем, стоящий за правом на проход в суд, или те, кто остался за стенами. Все одним миром мазаны. Одним росчерком пера, прежде всего Егоровой, и других столпов "права". Для которых право человека (как конституция) хуже туалетной бумаги. Суды - оплоты террористического режима. |
||||
| Обсудить в блоге автора | ||||
