6
| УДО для "Pussy Riot" | ||||
 |
8.03 14:09 |  |
1839 | |
| oleglurie-new | ||||
| Участница Pussy Riot Надежда Толоконникова 5 марта обратилась в суд с просьбой об условно-досрочном освобождении (УДО). Она просит отпустить ее из колонии, так как имеет малолетнего ребенка, а на свободе ее готовы сразу же трудоустроить несколько галерей, СМИ и театральных студий. По словам адвоката Хруновой, на следующей неделе с ходатайством об УДО обратится и вторая отбывающая наказание в колонии участница панк-группы Мария Алехина. В течении ближайшего месяца в местах отбывания наказаний обеих дам состоятся судебные заседания, на которых и будут приняты решения по УДО. Однако, до суда администрации колоний должны либо ходатайствовать перед судом об условно-досрочном освобождении Толоконниковой и Алехиной, либо нет. Это обязательная процедура, предусмотренная законодательством. Суд состоится в любом случае, но судебное решение во многом будет зависеть от ходатайства или отказа администрации исправительного учреждения.  Статистика такова: Если колония ходатайствует об условно-досрочном освобождении осужденного, то суд освобождает 40-45 % тех, кого поддержала администрация. В случае же, когда исправительное учреждение не ходатайствует об УДО, то освобождается менее 2%, подавших заявление. Дело в том, что в постановлении об отказе в ходатайстве, направленном в суд, администрация колонии указывает причины. Основными причинами служат: наличие неснятых взысканий, отказ от работы и «отношение к совершенному преступлению, нежелание осознавать его противоправность и опасность для общества» (формулировка взята из стандартного «постановления»). По первым двум пунктам у Толоконниковой все хорошо – взысканий не имеет и работает. У Алехиной ситуация гораздо хуже. Она находится в, так называемом, БэЭме (безопасном месте), где ее прячут во избежание конфликтов с другими осужденными, и, соответственно, Мария не работает на производстве. Кроме того, Алехина имеет два неснятых взыскания. Однако, по третьему обязательному пункту у обеих «пуссей» явно не складывается. Обе заключенные «не осознают противоправность и опасность для общества совершенного преступления» и это, скорее всего, и послужит поводом для отказа в УДО. Здесь идет игра в одни ворота. Согласно законодательству, официальное признание вины и раскаяние для условно-досрочного освобождения не требуется. Но в постановлении административной комиссии исправительного учреждения, которое направляется в суд, в обязательном порядке имеется одна из фраз: «осужденный вину свою признает, осознает противоправность совершенного преступления и глубоко раскаивается» или «осужденный вины своей НЕ признает и противоправности совершенного преступления НЕ осознает». Согласитесь, что при наличии второй формулировочки ни один суд не решится на условно-досрочное освобождение. Разве, что по самому высокому звонку. Конечно, если Толоконникова и Алехина в экстренном порядке (хотя бы на административной комиссии исправительного учреждения) признают свою вину и «глубоко раскаются», то ситуация изменится и шанс на УДО увеличится со среднестатистических 2 до 45 процентов. Однако, судя по тому, как развивались события до суда – международная шумиха, гигантские инвестиции в пиар, митинги и т.д. – ни Алехина, ни Толоконникова не пойдут на признание вины. А значит, и решение суда будет без вариантов: «в условно-досрочном освобождении отказать». Если, конечно, не произойдет чудо. А чудеса у нас иногда случаются… |
||||
| Обсудить в блоге автора | ||||
