В студию так же притащили (по просьбе православных мам!) весьма наглую девицу-«экстрасенса», которая без дрожи в голосе и с улыбкой в присутствии юристов, медиков и ученых сообщила — что это все ОК и вообще замечательно: ребята и должны были погибнуть, потому что у них, понимаете ли, на роду написан короткий жизненный цикл (они уже «все успели сделать», как то: походить в спортивные секции и искупаться в прорубе, то есть по этой логике все, кто так же ходит в кружки и окунается должны лет в 18 сгореть заживо). В этот момент я со словами «я не желаю участвовать в этом фарсе» выбежал из студии (ибо, а) не желаю слушать ахинею, за которую хорошо бы сажать в тюрьму и надолго, б) страшно уже опаздывал на другой эфир (про путешествия)). Еще до моего ухода (по темпераменту он был сродни выступлению героини Лины Быстрицкой на комсомольском собрании в одноименном фильме) показали попа (как с советской карикатуры — жир, самодовольство, золоченая одежда, шеи не видно), который кадит на закрытые гробы и сообщает, что это, мол, наверху типа лучших призвали (видимо, по его же логике, сам этот во всех отношениях «приятный» работник культа худший, ибо (как и матери покойных, как и ведущий программы, как и эксперты, как и патриарх, как и президент, как и все апостолы, кстати) — живет дольше погибших)).

В студии еще были две девушки тех парней. Переживания одной смотрелись еще как-то органично, вторая наигрывала похлеще несравненной Аллы Тарасовой в последние годы творчества (+ пришла в коротком платье и в сапогах, долго делала модную прическу на гриме — и, вестимо, будет страдать, как минимум, вечно, а то и дольше).

Про фирменное смакование НТВ подробностей состояния полностью обгорелых тел — просто нет сил вспоминать (хотя ведущий методично расспросил родственников обо всех кошмарных подробностях...). Ну, и естественно пара не скажу кого (а то редактор не пропустит) из «экспертов» в затянувшейся аки русские реформы паузе, так же не скажу, чего, не могли не вякнуть, что, мол, раньше у нас такого быть не могло: при советской власти, мол, духовности было еще больше (а как же институты атеизма?). Мое перечисление ГУЛага, НКВД, доносов, политубийств, пражской весны и танков вдоль Будапешта — понимания среди престарелой публики не вызвало (из чего я сделал научный вывод — что именно эта публика все вышеперечисленное лично и творила, потому так прекрасно сохранилась и эволюционировала в платную клаку высокодуховного НТВ).

Понятное дело, что все неудобное будет на монтаже вырезано...

А теперь, господа знатоки и латентные, внимание — вопрос: есть ли будущее у этой дивной страны?