Пишет Orianaliev: Братцы, я в некотором замешательстве и полной растерянности.

Позавчера мой сын восьми месяцев от роду забарахлил — стал температурить и покашливать. Посадил жену и отпрыска в машину и повез в поликлинику. Детскую поликлинику, государственную такую, совковую насквозь, обычную детскую поликлинику. Оставил их в коридоре ждать очереди и отлучился на пять минут в магазин. Возвращаюсь — выходят. Как, спрашиваю, дела–то? Что, врач осмотрела, простуда, говорит. И рецепт выписала. Беру рецепт, и первое, что вижу — оциллококцинум.

Вежливо стучу в дверь, вхожу. Сидит приятной внешности дама в халате.
— Здравствуйте. Вы только что прописали моему восьмимесячному сыну Оциллококцинум.
— Да.
— Знаете ли вы, что этот препарат гомеопатический?
— Да, знаю
— А как так получается, что в государственном медучреждении, в котором работают, основываясь на традиционной медицине, вы мне не рекомендуете даже, а прописываете в рецепте гомеопатическое средство? Гомеопатия в научном мире даже не рассматривается как медицина, а вы, врач, прописываете этот сахар восьмимесячному ребенку, который действительно болен, и нуждается в настоящем лечении?
— Нам рекомендуют его прописывать.

Я был готов схлестнуться с ней, но после такого ответа понял, что бисер метать тут смысла никакого. Да и судьба сына как–то больше волновала. Ладно, думаю, бог шельму метит, повстречаю я как–нибудь в коридоре этой обители горести и твоего главврача, тогда и сверим часы. Попрощался и вышел. С сыном вопрос решили, нашлись педиатры–друзья друзей. попшикали в горло какой–то аэрозоли, в нос капель накапали, а в задницу для верности еще и свечей каких–то напихали. Кашлять прекратил, но стал несколько задумчив.

Сегодня забарахлила уже жена. Расчихалась, засопливила — словом, совсем товарный вид терять начала и отправился я в аптеку за лекарством.
— Здравствуйте, девушки. Жена моя простудиться решила, но она кормящая, продайте мне лекарств с учетом этого милого факта, пожалуйста.
— Оциллококцинум возьмите.

И тут я, братцы, озверел. Я стал шуметь и возмущаться, задавать неудобные вопросы и всячески портить праздник. Даже, кажется, ногой топнул один раз. Я спрашивал их, как они, врачи, могут такую дрянь продавать людям, а они отвечали, что не врачи вовсе. Потом они заявили, что не для того учились пять лет (на кого?), чтоб такие обидные вещи от меня выслушивать. А под конец я спросил напрямую:
— Вы мне скажите честно, вы знаете, что Оциллококцинум — не лекарство и ни от чего не помогает?
— Да, знаем.

Из аптеки я вышел с очень дурным настроением, несколько деморализованным. У меня жена, сын, я их люблю и хочу, чтобы они были здоровы. Но как это возможно, если все врачи ангажированы, даже в госучреждении? В детской поликлинике простуду грудного ребенка лечат сахарными шариками, в аптеке кормящую мать предлагают лечить ими же. Кому верить? Полиции верить нельзя, врачам верить нельзя, правительству верить нельзя — пока хоть пожарным верю, чтоб совсем не разочароваться в людях.