6
| Менталитет против | ||||
 |
17.06 11:35 |  |
933 | |
| valeriy-m.livejournal.com | ||||
| Для начала – несколько предупреждений. В этом посте будет «много буков», так что шибко занятым и ленивым можно дальше не читать. Этот пост будет абсолютно субъективным: его герой - мой давний товарищ, с которым я знаком десяток лет. Поэтому пост – это сущая беллетристика, про который все кому надо могут сказать, что это вымысли и домыслы, ведь текст будет нарушать всевозможные писаные и неписаные правила журналистики. А именно - я говорил лишь с одной стороной и несколькими сторонними наблюдателями, а также копался в толстой пачке документов (особо дотошные зануды могут сами познакомиться с ними на voronos.livejournal.com). После чего мне расхотелось разговаривать вообще с кем-либо, настолько это омерзительно. Я, конечно, не юрист, и могу допускать неточности в формулировках и деталях (да, я знаю, что в них прячется дьявол), но я точно знаю: каким бы ни был мудаком мой герой, он точно не подонок. Наконец, эта история - банальна и обыденна, и я даже сомневаюсь, стоит ли в миллионный раз трогать эту тему. Это как с зарплатой бюджетников: на протяжении долгих лет песня об их нищенской оплате труда звучала повсюду. Сегодня почти не звучит. Не потому что бюджетники стали нормально зарабатывать, а потому что все привыкли и это уже никого не трогает. Вот и случай этот – лишь один из тысяч подобных. Эпизод первый Кандидат философских наук, бывший сотрудник компании «ЭКС» и теперь уже бывший начальник департамента развития территорий администрации губернатора Пермского края Сергей Вороно часто называет себя «старым мудаком». Я с этим абсолютно согласен. С небольшой поправкой на то, что до настоящей старости ему придется еще покряхтеть. Если не помрет искусственным путем. На это у него есть куча шансов. Потому что он шел к этому упорно и много лет. В конце 1990-х – начале 2000-х Вороно промышлял тем, что разрабатывал и реализовывал для «ЭКСа», который на тот момент не имел ни одного значительного торгового объекта, хитроумные схемы покупки магазинов через скупку долей их сотрудников. Первые 10-12 магазинов будущей торговой империи «Семья», расположенные в Перми и Березниках, скупал он. Первым из них был магазин на площади Дружбы, последними в его карьере – универсам в Березниках и бывшие «Овощи-фрукты» на Компросе. Конторе каждый магазин обходился в смешную сумму – что-то типа 2-3 млн рублей по «тем еще деньгам». При этом все были довольны. Сотрудники, продавшие долю за сумму, о которой и мечтать не могли. Директора магазинов, чаще всего сидевшие на своих местах еще с советских времен и остававшиеся на них столько, сколько сами пожелают. Точнее, пока не поймут, что ничем уже тут не управляют. Ну, а хозяева будущей «Семьи» были не просто довольны – они были в восторге. Конечно, сам Вороно тоже прилично заработал. Когда объекты стали уходить с молотка на аукционах, и это стало для него «слишком просто», он ушел упражняться в бизнесе самостоятельно. Скучно, говорит. Игры нет, просчитывать нечего. Ну, точно, мудак. Сидел бы в своих «эксах» дальше – горя бы не знал. Эпизод второй Только большой мудак мог вложить вполне ощутимые деньги в России в такую вонючую бездонную лужу как сельское хозяйство. И не просто сельское хозяйство, а попытка самостоятельно разводить породистых лошадей, баранов и – для удовольствия – борзых собак. Купил он землицы и пару домов в селе Калинино, что неподалеку от Белой горы, и нарисовал в своих философских мозгах картину сельского благолепия, в которой колосились овсы, паслись тучные стада, и пейзанки с задранными подолами подавали барину квас.  О том, что что-то тут не так, Вороно начал догадываться, когда пьяные пастухи не уследили за баранами, и те перекрестились с местными «дворнягами»-бяшами, а попутно подцепили какую-то неизлечимую заразу. Пало все стадо. А чуть позже тетка, отвечавшая за кормление табуна лошадей, сперла все деньги, отданные ей для закупки кормов на зиму. И исчезла в неизвестном направлении. Денег было что-то порядка 100 тысяч – сумма, от вида которой пермские крестьяне способны в момент сойти с ума. Наведавшись как-то зимой в село, Вороно обнаружил из всего табуна лишь одну чудом выжившую лошадь. Были и другие эксцессы: например, когда Вороно поспорил с соседом, а вскоре у него сгорел дом. Были и удивительные открытия: например, что селяне не хотят работать даже за деньги. В принципе не хотят. Потому что «колхозы развалили, и нам только пить и остается». Сельский проект пора было закрывать. И он по факту закрылся. Осталась лишь конюшня и баня, во дворе – будка с собакой, а на заборе - приколоченная табличка с надписью: «Осторожно, злая собака - просто пиздец». Эпизод третий И уж каким надо быть мудаком, чтобы вторую часть заработанных денег вложить в такую клоаку как две бывшие заводские «общаги»! Этот эпизод я помню особенно хорошо. В ноябре 2002 года по дороге в Тольятти в какой-то особо хитрой яме у нашей машины порвались сразу два колеса, и мы коротали ночь в унылой татарской степи. Вороно с искрой в глазах делился планами о превращении рассадников маргинального сброда в цивильные «доходные дома». Тогда термина «управляющая компания» никто еще не слышал. Я впервые услышал его от Вороно, который описывал занавесочки в подъездах, чистые лестницы, новые трубы и горящие лампочки. Попутно он бредил другими проектами. Он всегда забегает слишком далеко и стартует рано. Скажем, именно в 2002 году он был первым, кто сформулировал стратегическую проблему исхода молодых из Перми: все, кто продвинут чуть более среднего уровня, не видят себя здесь. Где угодно – в Англии, Франции, Швеции, Испании, на худой конец – Москве, Питере или Екате, но не в Перми. Пермь при таких раскладах станет стопроцентно маргинальной через полтора поколения.  До меня то, о чем он тогда говорил, дошло лишь через несколько лет, когда я попросил «СВОИх» сделать исследование на эту тему, обалдел от результатов и написал статью «Время крысолова» в журнале «Компаньон». А потом с удивлением обнаружил, что дошло не только до меня: позже эта проблема стала краеугольным камнем всей стратегии развития Пермского края до 2030 года. А Вороно уже тогда, в 2002 году начал создавать общественную организацию с одной единственной целью – бороться за молодые мозги и души. Что-то такое запустил в интернете. Говорил с какими-то людьми. Но его пожирали сельские беды и общаговские жители, науськиваемые чиновниками и правозащитниками. И он погряз в ворохе этих проблем. Каждый, кто хоть раз бывал в советский общаге, понимает, что мечтания Вороно о цивильном «доходном доме» - это утопия. Как в одесском анекдоте про бордель, для начала надо было менять не трубы и лампочки, а контингент. Который согласится вместо 20 рублей, которые он платил за комнату в советские времена, платить новому собственнику 2000 в обмен на бесперебойную подачу воды, тепла и света и перестанет думать, что все это должно появляться и так, само собой, за те самые 20 рублей. Внимательно проштудировавший к тому моменту все относящиеся к делу законодательные акты Вороно полагал, что заставить контингент платить или сменить его - не проблема. Ну, говорю же – конченый мудак. Потому что контингент общаг – это электорат. Их число значительно превышает число собственников, какими бы благими намерениями и законодательными актами они не прикрывались. На чувствах электората можно играть, получая за обещания наказать злых собственников и подарить комнаты ощутимые голоса на выборах. Можно зарабатывать и иные дивиденды, что на теме общаг с успехом доказали правозащитники всех мастей. Можно зарабатывать реальные деньги, собирая с жителей плату за подготовку исковых заявлений и ведение процессов в судах. Суды по этому вопросу – отбирать у собственника комнаты и дарить их жильцам или нет – занимали прямо противоположные позиции. Наше право не прецедентное, поэтому те судьи, которые обращали внимание на закон, выносили решения в пользу собственника. Ну, в самом деле, как можно отобрать что-то у человека, который купил это «что-то» за свои деньги в установленном законом порядке и заставить его подарить это что-то кому-то? Другие судьи, ментально более родственные общежитским обитателям и чутко улавливающие сигналы властей, решали: а почему бы и не отобрать и не заставить подарить? Почему Басманному суду можно, а нам нельзя? К слову сказать, сити-менеджер Перми Аркадий Кац был одним из немногих, кто адекватно понимал проблему с общагами. И спустя какое-то время именно с Вороно они пытались выстроить общегородскую схему решения этой проблемы, которая устраивала бы и власть, и жителей, и собственников. Параллельно именно с Вороно Кац проводил некоторые консультации по вопросам стратегии развития Перми, которую город тогда начинал разрабатывать. И я могу догадываться, с какой стороны прилетела в этот будущий документ его главная мысль про борьбу за молодых, хотя, конечно же, настаивать не имею права. Но потом случился пожар, Аркадий Кац ушел с должности, а Сергей Вороно продолжил тратить время, силы и нервы на судебные тяжбы. Часть помещений в зданиях у него отобрали суды. Другую часть, как выяснилось позже, потихоньку распродавали люди, которых он оставил на хозяйстве: управлять самому было некогда, все время отнимали суды. Эпизод четвертый Только отпетый мудак, для которого добрые отношения, да еще и формально закрепленные трудовым договором, являются достаточным основанием для доверия, мог по полгогода-году не соваться в текущие дела предприятия. То, что деньги и имущество предприятия банально тырят, вскрылось случайно, во время проведения сверок с жильцами. Он им: «Почему вы не платите?!» Они ему: «Вранье, платим, вот наши корешки приходников». При поисках второй половинки тех самых приходников выяснилось, что с 2006 по 2008 годы деньги многих жильцов принимались, но ни на счет, ни в кассу не попадали. Также были проданы 7 комнат и нежилое помещение на 1 этаже здания, денег в сумме более 6 мультов след простыл. В результате этих и тому подобных приколов недосчитались порядка 11 мультов, но в суде удалось истребовать к возврату только два с небольшим. Исполнительный лист ушел приставам, но даже на этой стадии решение суда адвокаты директрисы пытаются обжаловать. Но это неважно. Куда интереснее, что в истребовании остальных денег отказано. В том числе потому, что принимала их не сама директриса, а ее 18-летняя младшая дочка, которая была формально принята в контору каким-то не то инженером, не то электриком. Стали рыть дальше – ба, да эта 18-летняя «инженерша», оказывается, уже 100-процентный собственник предприятия! И уже успела под залог этой доли «занять» у какого-то чувака что-то около 7 миллионов, и чувак уже обратился «куда положено» с требованием вернуть либо деньги, либо отдать предприятие! Оказалось, что специалист по хитроумным схемам Вороно пропустил тот момент, когда на дворе наступили времена схем, простых как лопата. Его изощренный мозг оказался бессилен перед тупой мощью плоского бульдозерного ковша. Подделываются подписи учредителей под фиктивными протоколами собрания, доли в этих протоколах «продаются» кому надо. На основании своих полномочий директор несет всю эту залипуху к нотариусу, в налоговую и – готово дело. Было ваше – стало наше. Совершенно охреневший от такого поворота, Вороно по привычке призвал на помощь юристов, обложился законами, стал составлять иски в суды и писать заявы в милицию. Мол, давайте-ка возбуждать дело, уважаемые милиционеры, ведь состав преступления налицо, вот все документы, в том числе – решения уже состоявшихся судов, подтверждающих особо крупный размер хищений, исполнительные листы и т. п. И все недоумевал старый мудак, почему при наличии такой серьезной угрозы и весомой доказательной базы его оппоненты не только не собираются возвращать все стыренное, не только посмеиваются над ним, но еще и угрожают: зря стараешься, мол, а будешь упорствовать – тебя самого посадим. Вскоре его недоумения развеяли. Быстро, действенно и открытым текстом. Эпизод пятый Фактически весь 2009 год его заявления, в которых он пытался привлечь директрису к ответственности, гуляли из одного милицейского кабинета в другой, возвращались с отказами, отправлялись в прокуратуру. Та выносила предписания: «отказ неправомерен», но менты клали на прокуратуру и снова посылали заявителя куда подальше. Наконец, когда Вороно и его юрист достали милицейских окончательно, их собеседник в Свердловском УВД откровенно сказал: «Мы не дадим ее посадить». А на что он, интересно, рассчитывал, заранее зная, что старшая дочь директрисы, которая подарила его предприятие младшей дочери – следак в том же самом районе, в УВД которого попало его заявление? Что зять директрисы – тоже не последний мент? Он, мудак, рассчитывал на закон. Рассчитывал, что круговой порукой можно охватить один райотдел, но не весь город. Позже его вразумили. А пока в течение этого года все «следственные действия» по заявлению Вороно сводились к тому, что его раз за разом выдергивали на «беседы», больше походящие на допросы, требовали все новые и новые пачки документов. В конце концов, даже до такого старого мудака как философ Вороно начало доходить, что единственный подозреваемый по этому делу – он сам. И осознав это, предложил оппонентам: ладно, ребята, я готов отстать. Давайте найдем компромисс, верните то что сперли, претензии снимаю и расходимся с миром. На что получил ответ: дело уже не в деньгах, мужик. Ты залупился не на тех, поэтому мы тебя будем плющить и морщить теперь до конца. И Вороно совершил еще один ну просто мегамудацкий поступок: согласился на имеющееся к тому моменту предложение работать в администрации губернатора. Думал, отстанут. Ну, я ж говорю – мудак каких мало. Как известно всем в этом городе, кроме Сергея Вороно, работа в окружении губернатора – это дополнительная «черная метка» для людей в погонах. Эпизод шестой Не прошло и месяца с момента назначения Вороно на должность начальника департамента развития территорий, как поползли слухи о том, что в отношении него Орджоникидзевским райотделом милиции (в Свердловском отделе, который он просто завалил бумагами, это было делать уж совсем неприлично) якобы заведено какое-то уголовное дело. Конечно, даже этого слуха по нынешним временам было достаточно для того, чтобы ему тут же тонко намекнули: пиши-ка ты, брат, заявление. Ну в самом деле, кому нужны скандалы в администрации губернатора за полгода до потенциального переназначения указанного губернатора? И Вороно написал, едва приподнявшись с реанимационной койки. Дело в том, что буквально за пару недель его работы в должности ему пришлось поучаствовать в недопущении двух не хилых скандалов, а именно – самоубийство (точнее, пресечение широкой огласки его подоплеки) главы Еловского района Волкова (7 мая) и угроза перекрытия федеральной трассы на Екатеринбург в районе Кунгура пострадавшими вкладчиками кооператива «Оберегъ» аккурат в день 65-летия Победы. Учитывая, что в подготовке этой акции участвовали не последние люди края с депутатским статусом, скандал мог получиться громким. Но это две отдельные истории, которые при желании пусть роют журналюги. А в нашей истории свежеиспеченный начальник департамента территорий после серии бессонных ночей угодил в больничку с инсультом. Спокойно поболеть ему не дали. Уже в первых числах июня Сергею Вороно начали названивать на сотовый: ну когда же, мол, закончится больничный? Мы тут дело шьем, очень хотим вас позвать на «беседу». А чтоб беседа была более предметной, человек 6-7 милицейских, пользуясь отсутствием хозяина, вломились в его офис, продемонстрировали удивленным девушкам бумажку и вынесли все, до чего дотянулись. На той бумажке, к слову, датированной еще 28 апреля, было написано постановление о производстве обыска в конторе, которая… ни дня не находилась по адресу вороновского офиса. Вороно узнал об этом в больнице, буквально пребывая со шприцом в своей морщинистой жопе. Едва выдернув шприц, пополз выяснять что к чему. И по своей старой мудацкой привычке начал опять писать жалобы в прокуратуру, ссылаться на какие-то законы, причитая, что незаконным образом изъятые «доказательства» таковыми считаться не могут и что хер его знает, чего ему теперь могут навесить на жесткий диск компьютера, а затем радостно это «обнаружить»… В прокуратуре Орджоникидзевского района, куда ушла жалоба, нашелся человек, у которого при такой работе рудименты совести все же сохранились. Человек стыдливо шепнул: «Вам здесь ничего не светит. Обыск будет признан законным. Подавайте сразу в межрайонную прокуратуру, там хоть какие-то шансы есть. Только я этого вам не говорил!». Большой привет Самому Большому Прокурору: оказывается, в его ведомстве еще есть люди с совестью. Осталось лишь их вычислить и ликвидировать, чтоб работать не мешали. Эпизод седьмой Старый мудак Сергей Владимирович Вороно влип по уши. Он остался один. Даже в голову не приходит, что может его защитить от неминуемого помещения в клетку, после чего исходов будет два. Либо он подпишет все что надо, включая признание в поедании на завтрак общаговских детей. Либо получит второй инсульт, и людей в белых халатах с капельницами рядом уже не будет, а будут люди в погонах с дубинками, для которых смерть Вороно – вполне удовлетворительное решение стоящей перед ними задачи. Ему не поможет сегодня никто. Работодатель? Он от него и от его проблем отмахнулся: пасись, мужик, решай свои проблемы сам. Прокуратура? Но как действует она на местах, уже ясно, а с чего бы вдруг именно из-за дела какого-то там Вороно подрываться вышестоящему начальству? На фига именно на этом примере вдруг удивить всех и показать, что в Перми есть закон? Решительно непонятно, картина из области фантастики. Если ошибусь, готов в наказание повесить в своем кабинете портрет прокурора сроком на 6 лет без права снятия. Депутаты и Общественная палата? Но это бюрократические структуры, главная беда которых в том, что они занимаются только делами, касающимися большого количества людей. Поди-ка вычлени аналоги таких дел, объедини их в стройную картину, проанализируй… Нет, даже и возиться не стоит. Уполномоченный по правам человека? Ну, напишет запрос. Ну, получит ответ. И включит цифирькой статистики в ежегодный отчет о состоянии дел с правами человека в Пермском крае. Опять же буду готов повесить портрет в своем кабинете, если ошибусь. Прямо напротив портрета прокурора. Общественное мнение? Там Сергею Вороно ловить и вовсе нечего. Он – алчный капиталист, зловредный очкастый частный собственник, душитель и эксплуататор народных масс. Его неприятностям будут радоваться сотни людей, а за то чтоб его хватила кондрашка, поставит свечку не одна бабуся. Сергей Вороно, философ, специалист по мозгам, игрок и методолог, абсолютно бессилен. Его мозг не совпадает с мозгом этого мира. Его логика не совпадает с логикой его преследователей. Его ресурсы истощены, здоровье подорвано, поддержка растеряна. Раненый лис Вороно загнан в ловушку. Осталось лишь его медленно и с наслаждением прикончить под радостное улюлюканье ненавидящей его толпы, которая спишет на него тысячи украденных кур. |
||||
| Обсудить в блоге автора | ||||
