6
| Маленькая страна, или Надо ли нам становиться Данией | ||||
 |
18.09 11:30 |  |
1538 | |
| krylov | ||||
Третьяков возмущённо рассказывает:На симпозиуме в Новосибирске, в котором я принимал участие, один известный московский либерал начал свою речь с рассказа о том, как первого сентября сего года он оказался в одной из московских школ. И услышал, что школьников собирают на линейку под музыку песни "Что тебе снится, крейсер "Аврора". Слова, насколько я понял, не звучали. Ну, про «крейсер Аврора» я уж не буду. Может, у человека с этой музыкой связано что-то травматическое. Чужая душа потёмки. А вот про «маленькую страну», пожалуй, поговорить стоит. Дело в том, что Третьяков напрасно торопится возмущаться. Вполне возможно, либерал тот был знаком с историей, бывает же такое. И в таком случае фраза «Дания избавилась от колоний» имеет отчётливый патриотический оттенок. Начнём с начала. По одной из версий, Рёрик Ютландский, датский конунг, был тем самым легендарным Рюриком, который, как известно, первым навёл на Руси порядок (точнее, порядки). И если норманисты правы, то Русь-то, выходит, некогда была колонией воинственной Дании. Так что, быть может, рекомый либерал - как честный патриот своего Отечества – радовался, что Русь всё-таки ею не осталась, а обрела самостоятельность. Впрочем, норманскую теорию разделяют не все. Но есть факты несомненные. Например, датчанам одно время принадлежала часть нынешней Эстонии и немножко Латвии, герцогство Эстляндское и епископство Курляндское. В Эстляндии они сидели почти весь XIII век и немножко XV. Правда, земли те были изначально колонизированы русскими, построившими Колывань и жившими с торговлишки. Русских выгнали немцы, занимавшиеся в те века свойственным им дранхнагостеном. Потом припёрлись датчане. Колывань в результате стала Таллинным – что, по одной из версий, означает «датский город», taani linn… Потом на место датчан пришли шведы, а кто именно в результате отхавал все эти бывшие датские колонии, мы помним. Хотя большого счастья нам это и не принесло, надо признать. Однако и здесь – «была Дания, стала Россия». Что касается позднейших датских колониальных устремлений, то и они были пресечены не без российского участия. Тут придётся начать с начала. Величайшим достижением датского государственного гения была Кальмарская уния, на весь XV век объединившая Скандинавию. Дания с Норвегией объединились путём династического брака, надавили на шведов, и, победив короля Альберта, заставили его «подписать бумажки». Однако назвать Норвегию или Швецию «колониями Дании» было нельзя. Согласно своим статутам, уния была похожа на экономический и оборонно-наступательный союз с большой внутренней автономией входящих в неё стран. Так что это был скорее один из ранних прообразов Евросоюза, с поправкой на тогдашние евростандарты, разумеется. Первое время уния была вполне успешна. Однако завоёванная Швеция ничего не забыла и, поднакопив сил, начала бороться за главенство в союзе. Это кончилось серией датско-шведских войн, ознаменовавшихся такими запоминающимися примерами гуманизма, как Стокгольсмская кровавая баня 1520 года, которая, в свою очередь, послужила причиной восстания Густава Эрикссона, впоследствии известного как король Густав Ваза. Уния фактически перестала существовать в 1523 году, но разводились ещё долго, с шумом и вонью. Её наследником стала Датско-Норвежская уния, включавшая также нынешнюю Исландию. Вот здесь уже можно – пусть и с некоторыми натяжками – говорить о «колониализме», так как Норвегия от Дании зависела куда сильнее, чем Дания от Норвегии, не говоря уже об Исландии. Правда, закон и правопорядок в этом объединении имели место (датчане вообще это умеют), так что уния могла продержаться долго. Однако Дания в ходе наполеоновских войн имела неосторожность выбрать сторону французов и присоединиться к континентальной блокаде. Великобритания в ответ объявила Дании войну, захватила датский военный флот, а потом купила шведов, чтобы они с этой самой Данией воевали. Шведам вместо этого пришлось воевать с русскими, что закончилось известно как. Впоследствии те же русские победили самого Наполеона. Дания осталась с голым задом и к тому же разорилась, так что в 1814 году вынуждена была заключить Кильский мир, то есть, проще говоря, продать Норвегию Швеции. Так что и в этом случае избавление Дании от колоний было следствием славных побед русского оружия. Да, славно мы потроллили рюриков! Разве что Исландия отвалилась от Дании сама, без русской помощи. Но вот ведь что обидно. Россия, откровенно говоря, от всех прямых и косвенных побед над Данией ничего особенного не получила, кроме сомнительной славы и головной боли на будущее. Все вкусняшки неизменно получала Британия, решавшая таким способом свои вопросы. Но отвлечёмся от европейского театра датской колонизации и обратимся к колониям заморским. Дании принадлежали Виргинские острова на Карибах. Дания избавилась от них. И не потому, что хотела уютно съёжиться, а потому, что удержать территорию в непосредственной близости от США не представлялось возможным. Острова были чинно проданы американцам за 25 миллионов долларов. Напоминаю, что Россия в похожей ситуации продала Аляску (!!!) за 7,2 миллиона долларов (!!!). Сравните порядок цифр и экономический потенциал территорий. Правда, «русские» доллары стоили несколько дороже, но Россия их так и не получила, так что понятно, кто у кого должен поучиться коммерции. Дания владела также африканским Золотым Берегом (отобрав его у Швеции), который, в свою очередь, отняли англичане. Дания не стала упираться и поступила так же – официально продали то, что не могли удержать. Были датчане и в Индии – существовала датская Ост-Индийская Компания, которой принадлежало кое-что в Бенгалии, Никобарские острова и город около Мадраса, называвшийся Тракенбар. Всё пришлось отдать самизнаетекому – точнее, опять же, продать. Правда, за сущие гроши, но война стоила дороже, к тому же её исход был немного предсказуем. Однако к заморскому колониальному вопросу Дания подходила меркантильно, как к торговому предприятию. В которое датчане входили, когда это было экономически оправдано, и выходили, когда овчинка переставала стоить выделки или когда на неё накладывал лапу более крупный хищник. Но и с хищного крупняка Дания умудрялась получить отступного. А напоследок – небольшое напоминание. Дания – не маленькая. Дания – самое большое государство в Европе. Если, конечно, считать колонии, от которых она якобы избавилась. Дело в том, что Дании до сих пор – на правах автономии - принадлежит Гренландия. Это 2 130 800 км². Правда, климат там как у нас на северах (ну, несколько мягче, не Якутск), плюс лёд, который покрывает 80% территории. Живут там местные эскимосы. Будет ли эта территория представлять какую-либо ценность в будущем – неизвестно, поскольку это зависит от климатических изменений. Тем не менее, датчане не торопятся расставаться с этим куском земли. Пусть будет, запас карман не тянет. Глядишь, пригодится. И наконец – в чём мораль сей басни? Да к тому, что у Дании и в самом деле есть чему поучиться. Не тому, что «хорошо быть маленьким государством», а тому, как не надо обращаться с территориями и как надо. Особенно - в тяжёлой геополитической ситуации. А то земля у нас и посейчас довольно-таки велика велика (несмотря на все усилия по её сокращению, предпринимавшиеся в разные времена разными правительствами), местами даже обильна, а счастья нет как нет. Что ставит под сомнение первые две её характеристики. Несчастные земли обычно отходят счастливым, знаете ли. |
||||
| Обсудить в блоге автора | ||||
