6
| Поход на Кремль | ||||
 |
14.06 14:21 |  |
894 | |
| kirjach | ||||
| Монолог бомжа: «Люблю тебя, конь мой вороной! Доигрался, доплясался, на ментовскую службу попал! Конь-мент, что делается! Да лучше на колбасу!» Мне страшно хотелось заполучить роман Алексея Слаповского «Поход на Кремль»: у этого писателя, мне кажется, есть чутье, умение анализировать то, что происходит прямо сейчас и из чего другие еще выводов не сделали. Так что по роману я, можно сказать, гадала: будет революция в России или нет.  Еще забавно было вычислять, когда же роман написан. Сын высокопоставленного чиновника сбил простого парня и остался безнаказанным. Ну, после лукойловской истории вполне можно было успеть написать небольшую книгу. А вот упоминание в романе Шевчука как антиправительственно настроенного артиста интереснее: к моменту исторического диалога роман уже был отпечатан. Угадал Слаповский, «ай да сукин сын»! Вот из-за таких попаданий мне и интересно было мнение умного человека: как он думает, есть ли будущее у российской оппозиции? В первых же сценах романа становится ясно, насколько творческая интеллигенция и представители власти не понимают друг друга. Молодой поэт Дмитрий Мосин отмечает выход первой книги в ресторане, литераторы-бессеребреники громко читают стихи как будто назло пафосной обстановке. Сидящие в соседнем зале «хозяева жизни» никакой интелигентности в этом не видят, вызывают ОМОН, чтобы усмирить молодежь — в итоге в ОВД случайно убит поэт Мосин, у которого, как оказалось, даже болезни были каки-то неземные, редкие: интеллигент — как будто особый биологический вид. Ругать милицию — тоже треэнд, хоть и немного баянистый. При этом все-таки ментов у Слаповского можно понять: они показаны изнутри. Единственная группа персонажей, совсем уж не вызывающих симпатии — это по-гоголевски тупые, выведенные под кличками чиновники Кремля. Так что как ни крути, Слаповский явно против системы. И не стал бы пропутинский литератор писать роман о революции. Но по сюжету, оказывается, все не так просто. Демонстранты несут по Москве тело погибшего поэта и еще пару гробов — поэтому колонны ОМОНа расступаются перед ними. Разного рода оппозиция не упускает случая возглавить стихийное шествие, но никакой убедительной программы не предлагает. Вообще оппозиционеры выведены весьма иронично: как молодые бездельники, собирающие акции по 15 человек. Но у Слаповского всё и все показаны иронично, включая самого Слаповского: какие-то девушки, по словам автора, не могли отличить его от Евгения Евтушенко. И не факт, что вне художественной системы биографический автор думает об оппозиции абсолютно точно так же. Впрочем, по сюжету, в решающий момент, когда от 50 до 100 тысяч человек вышли на Красную площадь, никто из лидеров так и не смог ничего сказать. Энергия толпы утихла, народ разошелся. Пока не дочитала роман до конца, я пыталась понять по аннотации: будет ли революция? В наших издательствах, правда, аннотации обычно пишут почему-то очень халтурно. У романа Слаповского на обложке 3 противоречивых жанровых определения: «поэма бунта», «роман-гипотеза», «роман-фарс», то есть от полного утверждения смуты до полного ее отрицания. Гипотеза — возможно. Сама оппозиция признавала, что время для ревлюции было непдходящее, спокойное, поэтому и лозунгов достойных придумать не успели. Фарс? Да: все герои в романе смешные и нелепые. Поэма? Только если такая же поэма, как и «Мертвые души»: мало что воспето, а сатиры хватает. Гоголь, правда, задумывал «чистилище» и «рай» во втором и третьем томе — вот и тут лично мне хочется дальнейшего развития событий. В финале «народ безмолвствует». Об этом Слаповский уже писал в романе «Оно»: все мы душевные гермафродиты, которым, по большому счету, на все наплевать. Может быть, вывод в том, что победа революции зависит от случайности, от стечения обстоятельств, как в комедии? Как сказал мне ice_below , нельзя в романе описать победившую революцию, чтобы не потерять к ней симпатию и чтобы не получилась приторная советская сказочка. В конце концов, даже у бывшего нацбола Прилепина в «Саньке» революция тоже обречена. Кстати, из-за публистичности у Слаповского выработался какой-то почти журналистский стиль: читаешь всю книжку, как журнальную историю — легко и быстро. И только потом начинаешь серьезно думать. Upd. Нашла ЖЖ Слаповского. Тоже ругает издательские аннотации, пишет, что роман неполитический. Ну, в любом случае я имею право на свою трактовку) |
||||
| Обсудить в блоге автора | ||||
