У меня в эфире бывают разные гости, с разными взглядами на нынешнюю российскую действительность.  Есть спикеры, который сразу бросаются в «огонь», осознанно делая скандальные заявления, которые честного говоря мне как журналисту очень сложно проверить, да и порой не очень хочется. Однако они привлекают своими доводами и железобетонной логикой, неравнодушную публику. Тем более если речь касается «их национального лидера» и такого, по лично моему мнению (ненавижу имитацию, поэтому, наверно у меня так много детей), противозачаточному средству, как гондоны, но обо всем по порядку. Темы требуют детального рассмотрения.

 Одним из мною уважаемых скандальных спикеров безусловно является  Марат Мусин, человек который повязан был крепкими узами как с советской, так и нынче с новороссийской властью. Решает по их заказу определенные задачи, при этом остается профессором в одном из московских вузов. Последняя наша встреча в эфире, как всегда проходила на волне разоблачений, скандальных заявлений. Позвольте некоторые выдержки, этого разговора, предложить вашему вниманию.

МУСИН: Вы знаете, что есть разные латексные изделия – перчатки, например, медицинские – любую женщину гинеколог осматривает. Есть детские соски, есть презервативы. Казалось бы, такая простая вещь. Мы сейчас провели полное расследование. Это просто уже из области анекдота. Есть такая всемирно известная компания "Ansell". И один мой знакомый стал поставлять (это был не основной бизнес) эти перчатки. Это бюджетные деньги, потому что он поставляет поликлиникам, и так далее. И его друзья-хирурги стали жаловаться.
ПРОНЬКО: То есть по госзакупкам?
МУСИН: По госзакупкам все идет. Поставки идут нескольких крупных, известных в мире фирм. И вдруг он мне говорит: "Ко мне стали обращаться хирурги, и говорят: "Слушай, на латекс есть аллергия процента два, но здесь что-то не то". Один главный хирург одного из южных регионов говорит: "У меня просто руки обожжены, я чувствую: это токсины. Перчатки травят". Я, чтобы их успокоить, отдал в нашу лабораторию (а Росздравнадзор дал все разрешения, все замечательно – пока мы не посмотрели внимательно всю эту картину). И вдруг я получаю заключение, что вторые после радиоактивных отходов – цитотоксичные перчатки. Я их даже уничтожить на складе не могу. Я выиграл эти тендеры, у меня идут бюджетные деньги, на складе все это завалено. Я – в Росздравнадзор: "Ребята, вы выдали разрешение, 10 лет все это продается, я вот медицинские хирургические перчатки взял. 300 миллионов пар продается. Я еще презервативы не смотрел ("Медком" – пожалуйста, зайдите в любой магазин, сейчас все проверяют). И решили перепроверить. Отдали во вторую, третью лабораторию, во Францию, стали проверять. Везде заключили, что действительно особый режим уничтожения – утилизация".
Видимо, это связано с тем, что бывает качественный латекс в экологически чистых районах, а есть китайский, например – какие-нибудь промышленные отходы, на этой базе что-нибудь вырастили и, естественно, нужны большие инвестиции, чтобы этот латекс очистить. Его, естественно, никто не очищает.
ПРОНЬКО: Но при этом продукцию из него гонят?

МУСИН: Гонят, да. И второе – начинают их облучать. Например, надо прожаривать отдельно каждую перчатку, презерватив или соску – они просто берут упакованную коробку, загоняют туда, облучили – вытаскивают – с одного края хорошо все прожарилось, все нормально, а с другого – недожарилось. Увеличивают в два раза, видимо, норму, и в результате – представляете эффект. Если вы попили воду из пластиковой бутылки на солнце – ничего страшного не будет, жив-здоров, а если вы стоите рядом с костром, бросите ее в огонь – это будет отравление. И, видимо, такого рода эффект произошел.
Дальше просто анекдот. Мы провели полное расследование. Это напоминает куриные окорочка, когда мы говорим, что это отрава, но здесь прямая отрава, есть заключение, что это отрава. И
сейчас на уровне Голиковой говорят, что коррупционный механизм дошел до того, что говорят: "Мы пытались вас защитить, но советский суд, самый справедливый суд, сказал (сами проигрывают суды), что вас травить надо на законных основаниях, поэтому мы остановить этот процесс травления не можем".
Рассказываю, как все это происходило. Стали разбираться. Причем закупили в Англии, в Штатах – там чистый материал, нормальный, очищенный латекс. Врачи стали жаловаться. Выходили даже в Росздравнадзор, детская клиническая больница, жалобы врачей. Под угрозой увольнения стали снимать. Среди медиков это известная ситуация. Хочу москвичей сразу успокоить, что действительно Минздрав Москвы занял правильную позицию, и, несмотря на все эти коррупционные каверзы, он здесь положил барьер. Стали разбираться. Этот "Ansell" работал незаконно на территории Российской Федерации, без регистрации юридического лица, кэшем давали деньги, а все с ними подписывали бумаги. Когда стали обращаться в суд, они сказали: "Ребята, я не я, и мама не моя". Наш представитель "Ansell" не имел полномочий подписывать все эти инвойсы, а деньги все уходили за рубеж, обратно приходили растаможкой.
ПРОНЬКО: Продукция.
МУСИН: Продукция, да. Это десять лет в стране работала шайка, 55 человек – есть фамилии, мы все это провели, сейчас Следственный комитет прокуратуры работает. Но везде тормоза. Потому что, например, вскрываешь, что через таможню "Медком-МП" что-то гонят почему-то ниже себестоимости – не бывает таких чудес. Начинают разбираться: "Ребята, у вас инвойсы оттуда идут одни, в России на границе подкладывают другие". Это статья и все это очень серьезно. А люди, которые этим занимались, потом попадают в службу внутренней безопасности Таможенного комитета. И так это дело останавливают. Пока мы эти материалы не закидываем в другие правоохранительные органы.
Первое. Представительство левое. В судах все это признано, все это документально подтверждено, все, что я говорю – пачка документов. Дальше цирк разыгрывается следующим образом. Мы стали смотреть главного дистрибьютора – "Медком", они поставляют презервативы. Сейчас все надо проверять. Это надо, чтобы человек, который о своем здоровье заботится, чтобы просто взял, эти деньги отнес в токсикологическую лабораторию и получил заключение.
ПРОНЬКО: Не факт, что для той продукции, которую ты проверишь, через день, придя в ту же торговую точку, не произойдет просто смена партии – и в итоге залетишь.
МУСИН: Понимаете, приходит женщина к гинекологу – несколько десятков перчаток. Это какие последствия, когда с отравленными перчатками тебя смотрят. Я не беру рабочих на промыслах, рабочие перчатки, это надо все проверять. Но это очень серьезная проблема, потому что это действительно цитотоксичная продукция.
ПРОНЬКО: А соски детские, вы что, это же вообще.
МУСИН: Соски? Это надо проверять. Сразу рекомендация: 2 часа надо варить в кипятке.
МУСИН: Дальше происходит следующее. Во-первых, левое представительство, левая таможня. Мы 30 миллиардов отмыва нашли в банке, который выступал гарантом, миллиарды нашли у этих компаний, они их сейчас закрыли, несколько месяцев назад. То есть, это статья – сидеть до десяти лет – 159-я, часть четвертая, это легализация, и так далее. Подняли все эти сертификаты. Смотрим – дата не совпадает, все задним числом. Нам с вами не надо объяснять, скорее всего, что за чудо произошло, что все эти сертификаты были выданы не в те годы не на то. Дальше начинается цирк. Хорошо, Москва заняла правильную позицию. Росздравнадзор официально издает приказ о том, чтобы приостановить поставки этих перчаток в наши медицинские учреждения.
ПРОНЬКО: Я хочу все-таки понять – если это очевидные вещи, если это опасная продукция, если Росздравнадзор выпускает приказ о запрете...
МУСИН: Госстандарт в больших драках тоже получил заключение о том, что надо все это останавливать, они отдали сейчас приказы сертификационной лаборатории, чтобы те отозвали сертификаты, потому что понятно, что это дело нечистое. Но поскольку криминал там массовый, это суть о чем говорит? Что вас просто впрямую травят. Резонанс на это дело. Западная компания просто работает – мы своих ругаем, но это просто полный беспредел. В стране неписаны никакие законы, что хочу, то и ворочу, только вопрос, сколько у меня денег. И должностные лица начинают нам рассказывать сказки, что они хотели бы помочь, выполнить свои гражданские функции, но не могут. Дальше, я думаю, уже катиться некуда. Я серьезно сейчас говорю, что надо проверять эти соски, проверять презервативы, потому что ситуация страны без управления. Когда у нас идут выборы в 2012-м году – извините, Юра, я думаю, что Владимир Владимирович, может быть, уже устал от работы, уйдет на "Газпром", укрупнит и во что-то превратит.
ПРОНЬКО: Мне сложно его представить на покое, да.
МУСИН: По крайней мере, на работе сложнее. Но Дмитрий Анатольевич – понятно, будет в ближайшие два года заниматься тем, что эти позиции будет сдавать.

Вот такой отрывок разговора, кому мало полную версию (текст, звук, часть видео) найдете здесь http://finam.fm/archive-view/2925/

О сказанном судить вам самим, но я окончательно утвердился во мнении, что гондоны это мерзость, которую раз и на всегда надо исключить из отношений со своим партнером. Что касается детских сосок, хирургических перчаток, то вновь все взоры на миздравсоцразвитие и СКП при Генпрокуратуре РФ. Если Мусин прав, то это очень серьезный скандал, который должен привести к привлечению к ответственности тех чинуш, которые в сое время давали разрешения на поставку и реализацию в России токсичного товара.