Я не знаю, что будет. Никто из нас не знает. Каков результат сопротивления? Он прост, но его нельзя потрогать. Сопротивление - это «НЕТ». «Нет» чему? и ради чего? «Нет» превращению человека в... просто «человеко»? В самое адаптивное и живучее существо на планете?

Зачем сопротивляться, когда есть возможность просто выживать? Ответа НЕТ. Мы не знаем, что такое человеческое достоинство и зачем оно нужно.

Мы не знаем, почему мы в какой-то момент говорим себе: хватит!

Шансов на позитивное развитие событий в ближайшем будущем почти не осталось, страна в тяжелейшем психологическом состоянии. Кажется, что гарантии физического выживания для большинства сохраняются только системой. Но система эта невыносима.

Сопротивление абсурдно и в ближайшей перспективе контрпродуктивно. Но именно потому, вопреки всяким прагматическим соображениям, я выбираю сопротивление.

Музыка революции и в наше время, и всегда - это музыка одиночества. Мы все одиноки. Что может быть очевиднее? Человек одинокое существо. И потому умеет творить и любить. Мы любим друг друга как одинокие. В глубине нашей души живут невысказанные слова: мы не нуждаемся в подачках. Мы хотим обнаружить сами перед собой и, значит, перед миром свою абсолютную ценность. Это совершенно безнадежная и недостижимая цель. Но она дает нам странную безнадежную надежду.

Все главное в жизни, вся наша любовь, все наше одиночество и вся наша связь с людьми определены в начале и в конце музыкой. Музыкой, которую мы слышим даже тогда, когда нас убедили, что у нас нет слуха.

Массовое возмущение - это наша надежда, что что-то изменится в системе. Но личное, то есть экзистенциальное сопротивление абсурдно, оно почти лишено надежды. Поэтому декабрь одновременно радостен и невероятно грустен. Нам разрешили то, на что мы не должны просить разрешения. И митинги прошли без физических жертв. И никто не вправе считать это неудачей. Но в сердце живет ощущение, что этого недостаточно. И потому стоит продолжить бессмысленное одиночное противостояние. Поэтому стоит рисковать. Иначе невозможно ни услышать, ни создать, ни исполнить наивную музыку революции. И это не гламурная «классика» сытых, и не псевдоромантическая пена крутых, и не наркотическая попса толпы. Это музыка тишины, в которой рождается личный выбор.

Поэтому я не призываю никого идти на Триумфальную, я иду на нее вопреки здравому смыслу. Музыка говорит – пора!