22:45-23:00

вовремя на автовокзал явились только маша и саша и тут же подцепили едва откинувшегося зэка: "А вы не в кострому? я там сидел, хороший город. ну все равно, счастья вам, девчонки, и мужей хороших, не таких, как я". 

03:18-5:00

Гусь Железный.


"Обратно завтра поедете? билеты не покупайте, я вас тут в 23:30 подберу", - напутствовал водитель и уехал. По ту сторону дороги еле угадываются очертания ближайших домиков, за ними - мрак. Позади нас - площадь автовокзала, освещенная мощным прожектором, на ней кафе "Гусачок", возле которого гомонят две пьяненькие компании человек по 5-7.

и мы такие стоим впятером под звездным небом на морозе и у нас медленно коченеют ноги, руки и все остальное. 

- он что, правда думает, что здесь можно провести сутки? - удивляется Саша

минут 10-15 мнемся:

- ну если что, мы к куму, - предлагает Слава

- да и давайте сразу договоримся: никаких шуток про гусаков, гусиные лапки, гусиный жир, "в большой семье клювом не щелкай" и не стоит исполнять танец маленьких утят на всякий случай, - условились мы и робко двинулись к свету прожектора. 

опасались зря, местные почти не обращают на нас внимания, только один забулдыга стрельнул сигарету и другой скучно заметил: "О, девчонки приехали". все видимо потому, что у них были свои веселый девчонки, в шортах ("Давайте играть в прятки! Кто кого найдет - тот того ебет!", - задорно предлагала одна из них).

кафе оказывается закрытым, хотя внутри кто-то пьет водку у барной стойки, я вижу на крыльце бутылку из-под пива "Златецки гусь" и еле сдерживаюсь, чтобы не захохотать

мы помялись еще немного и пошли обратно в кромешную темноту искать Троицкий собор. чтобы было чуть менее страшно, начинаем пить припасеный коньяк и все время хохочем. чтобы было потеплее раз в 15 минут крепко обнимаемся все впятером. 

храм находится почти сразу, и при свете гусевских звезд он еще великолепнее, чем на фотографиях и чем потом утром на солнце. 

звезды в гусе это вообще отдельная история, их какие-то мириады над нами, такого я не видела ни на юге, ни в своем детском атласе "мир и человек", в котором, по идее, отмечены все видные с земли светила. они довольно яркие, и собор в свете звезд, действительно, производит сюрреалистическое впечатление. мы замираем, зачарованные, но скоро начинаем пританцовывать - мороз крепчает. 

еще примерно час мы слоняемся по спящему гусю, пытаемся связаться с местными жителями, заводя тему в группе "молодежь Гуся Железного" в социальной сети "В котнакте", спускаемся зачем-то к речке, отчаянно тупим и в результате решаем вызвать такси из Касимова, чтобы добраться до следующего пункта назначения. 

Водитель говорит, что приедет "сейчас", а между Касимовым и Гусем километров 25. мы возвращаемся к автовокзалу, аборигены уже спят по домам, прожектор погас. Кто-то первым пинает пластиковую бутылку, кто-то отвечает, и вот мы впятером стоим в кружочке и играем ею в футбол, отпуская шутки на тему нашего идиотизма и того, что из-за угла должны вот-вот показаться зомби как в Walking Dead. становится немного теплее.

- подождите! - говорит вдруг Валера и, вместо того, чтобы бить по бутылке, склоняется над  ней, - Нужно узнать, чем мы играем. Это важно для Очерка! (бутылка оказывается из-под напитка "Фрустайл"). 

так проходит 20 минут, делается скучно, игра нуждается в оживлении и тут Саше под ноги попадается старый пыльный капюшон. С ним дело идет бодрее, снаряд взлетает выше, нужно уворачиваться, чтобы он не попал тебе по голове и вообще ни по какой части тела, кроме ступней. Ну и это богатая почва для шуток о чьей-то оторванной голове и "у нас же все ноги будут в крови, в такси не посадят". играем еще полчаса, и так спасаемся от холодной смерти, которая уже подкралась к нам, потирая руки.

05:00-9:00

Молча впятером набиваемся в тачку и каждый малодушно думает: как хорошо, что шестой чувак не поехал.

За 400 рублей таксист под ритмы эстрады 90-х привозит нас в Касимов. В трех городских гостиницах мест не оказывается (на дверях висят объявления об этом, но мы, недоверчивые москвичи, все-таки заходим спросить: "Что, СОВСЕМ?!") , круглосуточных заведений в городе тоже нет, зато есть продуктовый магазинчик, куда мы заваливаемся погреться, позавтракать и покупаем гору магнитов с видами. 

Интернет обещал нам гостеприимных местных жителей и не наврал, в Касимове мы еще несколько раз находили приют в неожиданных местах: в общеобразовательной школе, куда нас пустила погреться сердобольная уборщица, в церкви, где шла заутренняя (там в середине зала стоял огромный стол со всякой снедью - от батонов белого хлеба, из которых торчат зажженные свечи, до апельсинов и пачек пакетированного чая. выяснилось, что так поминают родителей, 5 ноября был церковный праздник), в интернет-кафе, где мы для приличия взяли 30 минут соединения за 30 руб и получили каждый по стакану горячего сладкого чая в 6 утра. 

С компьютером (их шесть стоит вдоль стеночки, хотя зал кафе - метров сто квадратных) совладать не очень-то удается, интернет работает через оперу и тормозит. 

- А можно как-то не через оперу? - спрашиваем

- Не, тут либо через оперу, либо через яндекс

Больше вопросов не задаем, благо у всех с собой айпады и айфоны

Из достопримечательностей Касимова мы запланировали посетить Ханскую мечеть 18 века, сейчас там краеведческий музей, и  текие (усыпальницы) Шах-Али хана 1555 года постройки. План удался, мы добрались до них когда уже рассвело и нашли монументы и их окрестности замечательными. На девятичасовом автобусе двинулись в Рязань, Саша была недовольна ранним отъездом и особенно недовольной стала после того, как газета "Мещерская новь" сообщила нам о 57 тамошних памятниках архитектуры.

Также пресса рассказывала о том, как Касимов борется за отечественного туриста. Он действительно борется и имеет шансы преуспеть - в городе сохранилась очаровательная двухэтажная застройка, домики выглядят ухоженными, улочки чистенькие, на центральной Советской улице всю ночь горят фонари.

9:00-12:00

по дороге до Рязани мы проехали Гусь и посмотрели на собор при свете дня. Он правда нереально красивый и непропорционально окрестностям большой, нужно вернуться в Гусь летом. Еще проехали село Спас-Клепики, в котором решили купить дом и создать секту. Саша любезно предложила мне стать матерью-основательницей и я размечталась о статусе дочери божьей и миллионах покорных последователей. Больше ничего интересного не произошло (так как мы спали).

12:00-16:59

Первое, что мы делаем, выйдя из автобуса, - покупаем перчатки, шапки для меня и Славы и теплые колготки для Маши. Выглядывает солнце, кругом разноцветные осенние деревья, под ногами шуршат листья, мы отправляемся на поиски бара. Находим в итоге только кафе "Каприз" - в Рязани плоховато с барами (не то, что в Пскове, например) и из него уже совем довольные идем гулять в Кремль.

Рязань оказывается очень симпатичным городом, здесь много невысоких зданий в стиле классицизма, действительно красивый Кремль, отреставрированный, но не ставший выглядеть из-за этого как лубок, в т.н. дворце Олега краеведческий музей, приятно удививший меня, например, информационными стендами с сенсорным управлением в каждом зале итд.

Еще мы успеваем посетить музей академика Павлова (который мучил песиков!), в нем обозреваем сердца и мозги зверушек в формалине и жилой дом выдающегося ученого с мещанскими финтифлюшками.

В нем к нам прицепляется женщина-смотритель, в которой я подозреваю марокканские корни. Она навязчиво сопровождает нас из зала в зал, заставляет читать информационные стенды, задает каверзные вопросы: "Вот вы пришли в музей Павлова, а когда он родился? а когда умер?", ведет на второй этаж (я так и ждала вот этого: veeery beautiful terrace, take picture) и говорит: "Я с вас не слезу, пока вы, особенно мальчики, не прочтете вот это письмо Ивана Петровича к жене (2 страницы мелким шрифтом)! Чтобы вы такое же своим женам через 20 лет написали!". Мы начинаем неуклюже извиняться, что, дескать поезд ту-ту, пора бежать, прочтем в Интернете итд. "Нет, не напишете", -  констатирует она, машет на нас рукой и мы бежим на вокзал.

16:59-20:00

Едем в Москву, я сплю и ничего не могу написать об обратной дороге, кроме того, что два часа из трех провела как будто в аду на раскаленной сковороде - под сидением работала печь.