Иллюстрация [K_Z]

На зоне «красными козлами» называют тех, кто сотрудничает с администрацией за бонусы разного калибра: от банки сгущенки до УДО. Кто-то просто втихую стучит, кто-то берет власть в свои руки и становится своего рода «гауляйтером», подменяя паханов; по-разному бывает — как и с красными хипстерами.

Вызвавшая вновь рассуждения о них статья Кирилла Ромашова о либеральной «моли» содержала, конечно, ничего нового с идейной точки зрения. Выходом за грань добра и зла оказалось как то, что текст был опубликован официальным печатным органом Общественной палаты, так и то, что ее автором оказался один из самых модных стартаперов рунета. Не какой-нибудь упырь Сечин, а молодой вроде бы парень с твиттером и айпадом, как бы создавший свой бизнес с нуля. Новая буржузия, юное мещанство, красные хипстеры.

Бурная реакция: Кашин пишет, что «[критик хипстеров и блогеров] Ортега был прав во всем», а Сапрыкин замечает, что на смену создателям LookAtme и «Стрелки» пришли «торговцы лайками по копеечке, угодливые прилипалы, без вкуса, совести и чувства юмора, и с единственным желанием — чтобы Путин таки стал новым Брежневым».

Хочется, конечно, спросить: разве не их нам показывал Epic-Hero как надежду для России? Нет, не их.

Пару слов о бизнесе Ромашова — сайте твайт.ру, предоставляющем услуги по накрутке чего угодно в твиттере. Это классический пример русского интернет-пузыря последних лет. Как это работает? Крупная международная корпорация принимает рекламный бюджет на год и пишет в российский офис: «Вот вам миллион долларов на продвижение в social media». Прочитав это письмо, 35-летний брендменеджер, который кроме своей страницы ВКонтакте в социальных сетях не знает ничего, пишет письма с брифом в пять рекламных агентств Москвы. Бриф обычно такой: «Мы сами не знаем, чего хотим, поскольку ничего в этом не понимаем, но сделайте круто; у нас есть деньги».

Агентства изголяются как могут, жонглируя терминами вроде «премиальная аудитория» и обещая, что все будет «очень круто». И, наконец, кто-то получает заветный контракт на сотни тысяч долларов. Желаемые показатели (KPI) почти всегда ставятся в кликах, просмотрах и числе вступивших людей, что, естественно, подталкивает исполнителей к накрутке. Зачем мучительно привлекать тысячу человек, когда можно купить тысячу виртуалов?

Здесь и появляются люди вроде Кирилла Ромашова, готовые за умеренную плату помочь подсунуть заказчику «мертвые души» . Эти чичиковы наших дней — низшее звено в этой достаточно длинной цепочке по перевариванию корпоративных бюджетов. И важно понимать, что речь идет не о конкретных агентствах или отдельных недобросовестных людях. Так в принципе работает эта индустрия в России. И будет так работать, пока реклама, как ей и положено, не будет увязана с продажами, а не с фантомными brand awareness и PR value.

Словом, это все та же путиномика со все теми же откатами и распилами. Разница между оборонзаказом и контрактом на продвижение косметического бренда в фейсбуке только в масштабе. Все эти примазавшиеся сегодня к режиму стартаперы и прочие кофаундеры — никакая не буржуазия и никакие не хипстеры. Наиболее точная аналогия им — молодые комсомольские стервятники, которые при помощи райкомов и обкомов создавали свои будущие империи и банки на заре перестройки не самыми честными методами.

Лично меня во всем этом утешает лишь то, что эти люди при первой же тряске продадут и Путина, и Медведева. За небольшой прайс.

Илья Клишин