На закрытии школы был прекрасный творческий вечер Льва Семеновича Рубинштейна. А по вечерам мы пили грузинское вино и слушали, как наши грузинские друзья произносят тосты в стихах. А в последний вечер танцевали под песни, которые ставил на своем телефоне Каха Бендукидзе (у вас когда-нибудь был ди-джеем бывший министр?!). Андрей Илларионов как-то раз умудрился начать лекцию летом, а закончить осенью. И вообще лекции постоянно заканчивались за полночь. Но это все снова про школу, а надо про Грузию.

Сзади Мцехета — очень древняя (5 век до н.э.) столица Грузии.

Современная столица.

Запомнились слова экс-министра здравоохранения Вахтанга Мегрелишвили (они там многие «экс», потому что идут во власть не чтобы в ней застрять, а чтобы кое-то поменять в соответствии со своими идеалами, а поменяв, уступить место другим). Его спросили, какие из реформ людям не понравились. «Сначала никакие, — сказал он. — А когда начали вовремя давать зарплаты и пенсии, все вдруг понравилось».

Грузия находится на 12-ом месте в рейтинге DoingBusiness, чтобы вы знали. Первые два занимают Сингапур и Гонконг. На каком месте Россия, я даже говорить не хочу, скажу лишь, что ее обогнали не только Замбия, Кения и Эфиопия, но и Белоруссия и Монголия. Но уйдем от цифр. Когда мы были в Тбилиси на экскурсии, местные ребята, грузины, сказали, что пять лет назад город вымирал после пяти вечера: опасно было выйти на улицу. (Это, к слову, подтвердила сегодня моя однокурсница, которая жила в то время в Тбилиси, а теперь округлив глаза слушает мой рассказ, как там все изменилось) Сейчас это тихий, уютный, европейский город. Такси по центру стоит один-два лари (два лари примерно равны доллару). Таксистами работают бывшие чиновники и милиционеры. Реформа грузинской полиции — такое общее место, что о ней, наверно, и говорить не стоит. Я видела то самое здание МВД — стеклянную «волну». Стекла вообще много (символ прозрачности). А напротив дворца президента (со стеклянным куполом) фонтаны, в которых можно купаться и газон, по которому можно бегать. Дошло до того, что мне захотелось пробежаться по этому газону с криком: «Я в свободной стране!». Но я отчего-то не стала.

И грузины. Я вам не скажу за весь Тбилиси, но когда мы пришли домой к Ило, нашему грузинскому другу, гостеприимством нас сразили ну просто наповал. Планировалось, что мы всего лишь занесем чемоданы и пойдем гулять, а вышло так, что его родители угостили нас инжиром и виноградом, расспросили, как нам живется в наших постсоветских странах («Мама, папа, у нас в гостях все СНГ!») и как нам понравилась Грузия. Семья, кстати, беженцы из Абхазии, получили квартиру по программе помощи беженцам, но пока не приватизировали. Когда мы, десять человек из разных стран, выходили на лестничную клетку, мы только молча переглянулись с беспомощными улыбками, а я подумала, что все, что происходило внутри, всю эту сцену хорошо бы взять и бережно, как есть, перенести в книгу, которую я когда-нибудь непременно напишу.

Я боюсь надоесть всем постоянными рассказами о Грузии в восторженном ключе. Я боюсь, что уже. Своего редактора я сразу предупредила, что в ближайшее время лейтмотивом моих материалов будет Грузия. Он смирился, смиритесь и вы. Потому что мне очень, очень хочется, чтобы мы пошли таким же путем.