Итак, нам предстоит очередной абсурд: спор вокруг исторической Пушкинской площади в Москве – быть там кинотеатру или монастырю? Православные теперь хотят прибрать к рукам одно из любимейших мест москвичей, один из символов столицы, снести кинотеатр, снова передвинуть многострадального автора стихов «Жил был поп – толоконный лоб» и восстановить Страстной женский монастырь.

Там, где шумели Московские кинофестивали, где выстраивались очереди на научно-популярные фильмы, где назначались свидания и встречались влюбленные, где кипела молодость, согласно замыслу православных «активистов» будут просить милостыню старушки, ходить, гнусавя молитвы, крестным ходом попы, и невесть чем будут заниматься в своих кельях отрешенные от нормальной жизни монашки. Пушкинская омертвеет.

Демократия имеет одну печальную особенность: если ее понимать как абсолют, буквально, то править миром начинают те, кто умеет громче кричать. Мы свидетели тому, как крикливая группа псевдоисториков из «Архназдора» до сих пор тормозит строительство в Москве известнейшего в мире оперного театра. Аналогичная абсурдятина произошла в Екатеринбурге: там жители одного двора горою встали за сохранение дворовой помойки, только чтобы там не строили здание для «Коляда-театра»: «Отродясь мы в театрах не бывали, и не надо нам этого». И ведь победили: городские власти струсили, отступили перед темным “общественным мнением”, помойка по-прежнему будет украшать центр славного города, а известный стране и миру театр по-прежнему в подвешенном состоянии.

Теперь вот все громче орут православные. Они уже готовы вполне отождествить понятия «православный» и «русский». Хотят вернуть церкви все ее владения и превратить Россию в огромный молитвенный дом. Под этим напором отступила наука – молчит, чего-то робеет. Газеты становятся рупором церковных чиновников, отдают им целые полосы, опиум для народа беспрепятственно клубится над страной, религиозная пропаганда все напористей, и это демократия в одни ворота, потому что антитезы нет: распространение научного знания о мире оказалось под негласным запретом.

Одна надежда – на разум народа. Может, сообразит однажды, в какую пучину его засасывает. И как цинично его используют, как умело им манипулируют.

Идею строительства монастыря на месте исторического кинотеатра на Пушкинской уже поддержали почти полсотни тысяч православных. Интересно, сколько у этого вандализма противников? Может, тоже начать сбор подписей?

На фронтоне одного из храмов-новостроек красуется зловещий слоган: «Во имя твое омертвляемся весь день». Спасибо за откровенность. Нас омертвляют – неужели еще не ясно? Москву, один из самых динамичных городов мира, хотят погрузить в религиозную спячку. Попы уже заставили многих женщин отказаться от женского облика, напялить бесформенные юбки с бесформенными башмаками и навек потупить от живого мира омертвевшие глаза. В метро таких теперь узнаешь сразу: несчастные, омертвившиеся еще при единственной своей, такой короткой жизни.

Демократия без берегов – всегда игра в одни ворота. Потому что любители театра, сторонники культуры, адепты науки не кричат на улицах и не размахивают исступленно кадилами. А эти – кричат. Ничего другого не умеют - поэтому кричат профессионально и громко.

А власть к ним внимательно прислушивается. Это для власти крикуны ценные: их можно заставить кричать что угодно и где угодно. Потому что умение самостоятельно думать у них уже атрофировалось. Омертвилось.

Отправление религиозных потребностей – дело для многих святое, и никто на их права не покушается: хотите – омертвляйтесь. Но омертвлять людей, город, страну насильственно – это преступление. Для отправления любых потребностей есть специально отведенные, укрытые от глаз людских интимные места. И для меня оскорбительно, например, когда, идя по улице современного города, я вижу очередную черную тучу попов с хоругвями, по-хозяйски шествующих по мостовой и возглашающих молитвы вне отведенных для этого мест, - они вторгаются на не принадлежащую им территорию. Это для меня так же неприемлемо, как для верующего оскорбительно появление современного парня в шортах или простоволосой девушки среди золоченых окладов церкви. Так же дико, как видеть на улице человека, перепутавшего фонарный столб с общественным туалетом. И так же омерзительно.

И если верующие справедливо требуют не оскорблять их чувства, то вправе и неверующие требовать деликатного отношения к их чувствам. Поэтому у нас по закону церковь отделена от государства. Но закон этот уже не действует.

Значит, скоро доживем до момента, когда за неверие в бога у нас станут забивать каменьями и распинать на кресте. И Россия как великая современная держава окончательно перестанет существовать – омертвится.