6
| Французские мусульманки о запрете на ношение паранджи | ||||
 |
17.04 19:09 |  |
1848 | |
| perchenya | ||||
| Как жить мусульманкам после запрета паранджи? ("RUE89", Франция) Аньес де Фео (Agnès de Féo) Несмотря на то, что с понедельника во Франции вступил в силу закон о запрете на закрытие лица в общественных местах, женщины, которые носят паранджу, совершенно не настроены от нее отказываться. У каждой из них есть свои причины идти против закона, и ни одна не скрывает своего раздражения. Около тридцати таких женщин поделились своим мнением с социологом Аньес Де Фео (Agnès De Féo), которая посвятила им документальный фильм. Аньес Де Фео расспросила этих мусульманок о том, что они думают о вступлении в силу закона о запрете на ношение скрывающей лицо вуали. Мы публикуем этот любопытный материал, хотя и подтверждаем, что эти свидетельства могут представить действительность в несколько субъективном свете: Аньес де Фео, как вы понимаете, общалась с женщинами, которые не стесняются высказывать свои мысли и, значит, могут не выражать общего мнения всех затронутых этой проблемой людей. «Я больше не могу спать по ночам, и сегодня опять не сомкнула глаз до утра. Из-за вступления в силу закона я договорилась не работать сегодня, но мне все же пришлось назначить встречу с поставщиком. Я вынуждена поехать на метро. Это будет очень тяжело. За последние несколько недель взгляды окружающих стали гораздо тяжелее. Я очень волнуюсь», - говорит 32-летняя Карима, руководитель целого швейного предприятия. Алжирка по происхождению, она родилась во Франции и, по ее словам, принадлежит к французской культуре, так как получила образование в школах Республики. Тем не менее, она начала носить паранджу, когда ей было еще 15 лет. Она говорит, что примерила ее в подростковом возрасте и впоследствии так и не смогла с ней расстаться: «Я ощутила себя свободной, меня больше не задевали взгляды извне. Моя внешность больше никак не влияла на отношения с окружающими. Вот почему я ношу ее уже столько лет», - говорит она. Карима признается: «В первую очередь меня беспокоят каждодневные бытовые трудности». Уже 17 лет паранджа является для нее чем-то вроде второй кожи. Поэтому этим утром 11 апреля ей с трудом удается сдерживать печаль, пусть даже ее близкие пытаются утешить ее, предлагая пройтись по магазинам. «Представляете, я не смогу больше выйти на улицу! Мне придется просить об услугах всех окружающих, хотя я привыкла быть совершенно независимой! Какое унижение! Если мне нужно купить юбку или сумку, я хочу быть в состоянии сама это сделать. И не желаю, чтобы кто-то делал это за меня!» - говорит она. Ее подруга пытается обратить ее внимание на проблемы с полицией, но Кариму это не слишком беспокоит: «Все гораздо сложнее, чем просто штраф. Меня волнуют не полицейские, а то, что булочник откажется меня обслуживать или что кассир может вызвать охрану, чтобы выставить меня из супермаркета. И что же мне останется? Маленькие магазинчики выходцев из Магриба, но там все гораздо дороже. В первую очередь меня беспокоят именно такие каждодневные бытовые трудности. Я не смогу попасть в госпиталь, если со мной что-то случится, или зайти в администрацию. Меня лишают свободы, и под нож идет вся моя жизнь активной женщины. Перспектива сидеть дома приводит меня в ужас. Что я буду делать этими долгими днями? Выносить мусор? Но даже в этом случае меня не оставит в покое какой-нибудь сосед сторонник «Национального фронта», который сразу же заявит на меня в полицию». «Я больше не смогу свободно ездить, как раньше», - горюет она. Тем не менее, она все еще старается вести активную жизнь и работает над новой коллекцией джильбабов, которые собирается представить на будущем мусульманском салоне в Бурже. «Я убеждена, что паранджа не мешает вести дела или заниматься профессиональной деятельностью. На прошлой неделе я купила в le Sentier ткань для своей будущей коллекции. Евреи из le Sentier никогда меня не осуждают, они нормально со мной общаются и не выглядят удивленными моей паранджей. Даже в моем квартале, а я живу в самом центре еврейской общины XIX округа, ни один еврей ни разу меня не оскорбил. В отличие от кассирши, которая всем своим видом демонстрирует мне свою ненависть, или прохожих, которые не могут сдержаться, чтобы не пробурчать сквозь зубы оскорбления мой адрес. Вчера какая-то женщина очень долго меня преследовала и изводила бессмысленными вопросами. Еще одна как-то набросилась на меня в метро и попробовала сорвать с головы паранджу. Я чувствую себя в руках всех этих нетерпимых людей. Я больше не смогу свободно ездить как раньше». Чтобы обойти запрет на ношение паранджи в общественных местах, Карима решила купить скутер. Дело в том, что действие закона не распространяется на личный транспорт. Тем не менее, ее радость длится недолго: «Мне не дадут войти в магазин в шлеме. Да и вообще, я люблю ходить, я привыкла идти через весь Париж пешком. Что же со мной будет? Я сильно наберу вес. У меня больше не будет физической активности. Даже парки теперь будут для меня закрыты, как будто я собираюсь валить там деревья!» Несмотря на все эти трудности, Карима цепко держится за свою паранджу и предпочитает попытаться обойти закон: «Я никогда не преступала закона, но теперь мне придется против своей воли это сделать. Я буду жить как нелегал, которому постоянно приходится быть настороже, чтобы избежать ареста. По мне, так этот закон по сути легализует ксенофобию и нетерпимость». Страх вынужденного заточения испытывает и Ум аль-Хейир: «Я знаю, что многие женщины станут затворницами у себя дома без возможности выйти наружу». Недавно эта француженка алжирского происхождения приняла решение во что бы то ни стало сохранить паранджу: «Когда я увидела землетрясение в Японии, то поняла, что все мы можем умереть в любой момент. Я осознала важность почитания Бога. Я каждый день хочу стать хоть на шаг ближе к Богу, потому что, как мне кажется, этого всегда недостаточно. Вот почему я никогда ее не сниму». По словам Ум Альдины, мусульманки коморского происхождения, все эти действия правительства лишь укрепляют ее решимость: «Я выше всего этого. У полицейских не получится меня изменить. Они не могут помешать нам быть теми, кем нам хочется быть. Это просто невозможно. Я оставляю паранджу. Даже если из-за этого мне придется отправиться в Европейский суд по правам человека». Карима, Ум аль-Хейир и Ум Альдина - не исключения. Реальная обстановка очень далека от навязанных идей, от всех тех клише, что сформировались в общественном сознании. Здесь нет приехавших из захолустья и живущих по патриархальным устоям неграмотных женщин. Здесь никого не унижают и не принуждают. Наоборот, все женщины, что носят паранджу во Франции, на самом деле образованные и активные люди, которые демонстрируют сильные характер и личность, пусть иногда и не лишены нарциссизма. Подавляющее большинство из них – француженки, которые родились во Франции или приехали в страну в совсем еще юном возрасте. Четверть – перешедшие в ислам француженки (в целом же число верующих мусульман, которые перешли в ислам, не превышает 1%). Всех их объединяет то, что они не получили религиозного образования и просто ищут новые пути для обретения духовности. Тем не менее, все эти социологические аспекты были похоронены политиками, которые торопились принять закон, чтобы удовлетворить свой электорат. И даже не попытались понять эту часть французского общества. Сегодня же этот закон может породить радикальные настроения среди простых верующих женщин, которые изначально не представляли никакой угрозы. |
||||
| Обсудить в блоге автора | ||||
